Новости

Соглашение по Каспию закроет проблемы времен распада СССР и «ворота» для США

Подписание конвенции о правовом статусе Каспийского моря приведет не только к политическому, но и экономическому прогрессу – считает главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов.

По вопросу Каспийского моря наметился серьезный прогресс

Напомним, что президент РФ Владимир Путин принимает участие в V Каспийском форуме в казахстанском городе Актау, который включает в себя все пять государств, имеющих выход к Каспийскому морю. Это Россия, Казахстан, Азербайджан, Иран и Туркмения.

Результатом этого форума стало подписания соглашения о международно-правовом статусе Каспийского моря.

Помимо объективных политических проблем, связанных с определением статуса данной акватории, которая на сегодняшний день с точки зрения международного права является закрытым для третьих государств озером, и вопросами национальной безопасности, была поднята и экономическая тематика. Прямым следствием этого стало и создание Каспийского экономического форума.

Впрочем, это не отменяет того факта, что главным итогом V Каспийского форма станет подписание пятистороннего соглашения о статусе Каспийского моря, работа над которым велась все последние 22 года и только сейчас привела к практическому результату.

«Вопросы экономического плана по Каспийскому морю закономерно вышли на поверхность после того, как с очень большим трудом начали урегулироваться вопросы правового и внешнеполитического характера», — констатирует Куртов.

Проблема Каспия обострилась после распада СССР

Проблема регламентации Каспийского моря обострилась после распада Советского Союза, из-за чего общее число государств, имеющих выход к данному водному бассейну, увеличилось с двух – СССР и Ирана, до современных пяти единиц.

Данное обстоятельство существенно изменило общий баланс сил и вызвало спекуляции со стороны внешних игроков – например, неоднократно шли разговоры о том, что Соединенные Штаты могут подписать соглашение с Азербайджаном или Туркменией о развертывании своей военно-морской базы в данной закрытой акватории со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Это обстоятельство очень сильно отравляло дискуссию по этому вопросу, вследствие чего, стороны в течение 22 лет все не могли прийти к какому-либо соглашению, что негативно отражалось и на перспективах экономического сотрудничества в данном регионе.

«Еще не надо забывать про то, что после распада СССР во всех четырех постсоветских государствах существовали экономические трудности, связанные с очень сложным переходом от рыночной к плановой экономике», — резюмирует Куртов.

Основной проблемой был спор по углеводородам

Из-за этого, как замечает эксперт, Россия, Казахстан, Азербайджан и Туркмения остро нуждались в свободно конвертируемой валюте, причем этот ресурс можно было получить только путем продажи товаров на внешнем, а не на внутреннем рынке.

«Естественно, речь здесь может идти только о высоколиквидной продукции, каковой на тот момент могли быть только природные ресурсы и, прежде всего, углеводородное сырье. Это еще больше усугубило проблему Каспийского моря, акваторию которого сразу начали активно делить постсоветские государства, рассчитывая извлекать оттуда полезные ресурсы», — резюмирует Куртов.

В девяностые годы здесь речь, прежде всего, шла о нефти, поскольку больших запасов газа на досягаемой для добычи глубине в тот исторический период еще не было обнаружено в достаточном количестве в прилегающих к берегам каспийских зонах.

«У Ирана на тот момент была принципиально другая ситуация, поскольку эта страна делала ставку на добычу углеводородов на своих южных границах, т.е. в акватории Персидского залива. Так вот Азербайджан, который еще в советское время был здесь в нефтяной добыче пионером, начал очень активно привлекать зарубежные компании для освоения запасов Каспийского моря», — констатирует Куртов.

Политическое соглашение по Каспию открывает дорогу для экономики

Затем, как замечает Аждар Аширович, эта же ставка на зарубежные компании возобладала и у Казахстана. При этом, Туркмения отставала здесь в силу объективных экономических обстоятельств – например, небольшого размера населения данной страны.

«Еще в качестве специфических черт Туркменистана можно назвать своеобразие политического режима и небольшой внешнеполитический опыт, что и сказалось на политике Ашхабада по Каспию. Впрочем, сейчас ситуация резко изменилась, и появилась возможность для того, чтобы создать даже консультативный орган, где могли бы решаться экономические вопросы по Каспию», — заключает Куртов.

В конце концов, экономика не сводится только к добыче природных ресурсов, которые, к тому же, необходимо как-то транспортировать до мест сбыта – именно этим, кстати говоря, и объясняется известная ставка Ирана на добычу углеводородов в Персидском заливе.

«Можно здесь вспомнить коридор «Север-Юг», который позволит транспортировать грузы из Азии в Европу по более короткому и более выгодному пути, чем даже известный китайский проект «Великого шелкового пути», — резюмирует Куртов.

Это связано с тем, что большинство маршрута «Север-Юг» пролегает по морю, а не по суше, а морской и речной варианты транспорта являются гораздо более дешевым и простым способом доставки груза, что и дает здесь объективную экономическую выгоду.

«Впрочем, все здесь не так просто, поскольку до сих пор раздаются предложения о разделении Каспия на зоны добычи того или иного прибрежного государства, и этот вопрос будет сложно полностью урегулировать», — констатирует Куртов.

Читайте нас в Яндексе

You Might Also Like